Hamelion

Оперативные новости, плюрализм мнений

Наука

Царский генерал за советскую власть и убийца Володарского из рабочих

Илья Ратьковский, 18 апреля 2019, 11:55 — REGNUM  

История гражданской войны в России является одной и самых драматических событий в отечественной истории. Здесь было место и подвигу, и преступным действиям. Человеческие судьбы и исторические события переплетались порою самым причудливым образом. При этом, многое до сих является предметом споров и исторических дискуссий.

Не является исключение история гражданской войны на Северо-Западе России. В данном случае пойдет речь о двух петроградских деятелях и их решениях, которые они приняли в 1918 году: О генерале Александре Панфомировиче Николаеве и о рабочем Иване Сергееве. Оба они стали символами гражданской войны, хотя и с противоположных сторон, судьбы обоих были связаны с историей Александровского (Октябрьского) вагонно-ремонтного завода.

Сам завод был основан в Санкт-Петербурге в 1826 год в составе Александровского чугунно-литейного завода и первоначально специализировался на выпуске пароходов. Позднее, после передачи в 1844 году в Главное Управление Путей Сообщения он был переименован в Александровский Главный механический завод Санкт-Петербургско — Московской железной дороги и занимался уже производством паровозов и вагонов для Царскосельской железной дороги. Незадолго до ХХ века завод был выкуплен государством. Специализация завода сохранилась. В период Первой мировой и гражданской войны на заводе производились санитарные поезда, а также бронепоезды. В советский период завод специализация завода сохранилась и в Великую отечественную он также выпускал санитарные поезда и бронепоезды. Менялось только название завода: в 1922 году он был переименован в Пролетарский завод, а в 1931 году в Октябрьский вагонно-ремонтый завод. В 1962 году его переименовали в Октябрьский электровагоноремонтный завод (ОЭВРЗ).

Рабочие завода принимали участие в важнейших событиях истории Советской России. Этому посвящались многочисленные собрания, вечера воспоминаний, на которых они делились своими историями. Особенно часто такие собрания проходили в первой половине 1930-х годов, еще относительно недавно от событий гражданской войны и еще до рокового выстрела 1 декабря 1934 года (убийство С.М. Кирова). Воспоминания носили свободный характер, отличались искренностью и, как показало дальнейшее исследование, соответствовали в большинстве своем исторической правде. Особенно интересными нам представляются два воспоминания о двух деятелях гражданской войны: о генерале Александре Панфомировиче Николаеве (1860−1919) и о рабочем Иване Сергееве.

О генерале Николаеве написано много статей и книг. Сын солдата, боевой генерал русско-японской и Первой мировой войны он был награжден многочисленными боевыми наградами. После Октябрьской революции он сделал выбор в пользу советской власти и воевал за неё. С лета 1918 года Николаев командовал 3-й бригадой 2-й Петроградской пехотной дивизии, позднее сражаясь против белых на Северо-Западе под Ямбургом и Гдовом, в т. ч. против частей Северного корпуса генерала Родзянко. В ночь на 13 марта 1919 года штаб Николаева был захвачен в районе деревни Попкова Гора к югу от Нарвы. Был взят в плен и ряд подразделений. Рядовые красноармейцы, несколько сотен человек, в большинстве своем были расстреляны на месте, а Николаева перевезли в Ямбург. Здесь после расследования, после его отказа отречься от советской власти 28 мая 1919 года он был повешен. Генеральский выбор советской власти и его решение идти до конца стало одним из символов гражданской войны.

Наше время часто является временем переоценки событий. Были попытки и переоценки трагических столетних событий. Выбор генерала Николаева подвергался сомнению, его называли карьеристом, мужественное поведение перед угрозой жизнью называли последствием его страха за жизнь жены и детей, находившихся «в заложниках в Петрограде». На самом деле, все обстояло именно так: выбор был сделан и он и его семья ему следовали. Рабочий завода Октябрьского вагонно-ремонтного завода Вошкин вспоминал в 1934 году о генерале Николаеве:

«Товарищи, я на фронте не был, не служил, не работал в тылу. Я хочу несколько слов сказать о нашем красном генерале Николаеве. Как сейчас помню его — небольшого роста 54-х лет в генеральском мундире (генералу Николаеву было 58 лет в 1918 году — И.Р), без погон, пришел к нам в организацию завода в 18-м году обратился с просьбой взять его и его жену на работу. У него была жена и двое детей. Он сказал, что он перешел на сторону революции и отказался от того общества. 18-го апреля согласовал с администрацией этот вопрос, он клялся, что будет бороться за революцию, но взять его мы тогда не могли. Т.к. не было должности. Надежда Николаевна (правильнее Надежда Аввакумовна, очевидно, что автор воспоминаний знает ее только имени — И.Р), его жена и по сие время работает у нас в Пролетарской больнице сестрой в Хирургическом отделении. В 1919 году Николаев отправился на фронт Юденича, оттуда получили извещение, что Николаев казнен, мы привезли его тело в Ленинград и похоронили на Фарфоровом кладбище. Жена его получает сейчас персональную пенсию и недавно прислан ей орден Красного Знамени — заслуга Николаева. Надежда Николаевна передает огромную благодарность обществу Красных партизан».

Историк Сергей Зирин, не зная этот эпизода, домысливал за Николаева, извращая его мотивы обращения на завод:

«В первые дни Октябрьского переворота Николаев, сняв с себя генеральские погоны, пошел в завком Петроградского паровозостроительного завода и попросил принять его… рабочим! Непостижимый и экстраординарный шаг. Может быть, Николаев рассчитывал, что его поступок сразу же сделает его героем в глазах рабочих и позволит ему занять привилегированное место у большевиков, остро нуждавшихся в военспецах… Ведь нельзя же поверить, что он собирался всерьез становиться разнорабочим на постройке паровозов. С завода он был направлен в распоряжение районного военного комиссариата».

Нет, это было серьезное решение и Николаева и его жены. Сам он шел не рабочим, а специалистом на завод, который имел отношение к военному производству. Жену приняли, для него соответствующей должности не нашлось, Никаких меркантильных намерений у него не было. Он принял советскую власть и честно ей служил. О чем тоже есть свидетельства его подчиненных уцелевших после пленения, в т.ч. неопубликованные, в дальнейшем это станет предметом отдельной публикации.

В дальнейшем его младший сын Александр Николаев погиб на Ленинградском фронте в годы Великой Отечественной войны. Старший сын Евгений будет работать по рабочей специальности, а в послевоенный период механиком на морском судне Балтийского пароходства.

Интерес представляют и другие воспоминания рабочих Александровского (Октябрьского) вагонно-ремонтного завода: о рабочем завода Иване Сергееве, которого долгое время называли убийцей В. Володарского и о котором ничего не было известно. Часть его биографии была в 1933 году изложена в воспоминаниях рабочих завода. Эти указания доказывают реальность личности Сергеева. Вопрос о степени его участия в покушении на Володарского 20 июня 1918 года в Петрограде требует уточнения.

Подтверждением версии О Сергееве как убийце Володарского, которое ранее не входило в исторический научный оборот, может служить вечер воспоминаний участников революционного движения Октябрьского вагонно-ремонтного завода 19 ноября 1933 года в Ленинграде.

Первоначально здесь, применительно к событиям 1918 года, кратко упомянул Сергеева рабочий М. Городин: «Называли Ивана Сергеева». Более развернуто биография Сергеева прозвучала в выступлении рабочего Ошлыкина:

«Сергеев Иван, который убил Володарского, был в охране в районе — в боевой дружине района. Сам он был эсером. В дружину входили и меньшевики, и большевики, и сочувствующие. Он был очень аккуратный человек. Черненький, маленький. Случилось, что он пойдет на обход, на облаву и смоется, он прямым путём не шёл, каковы его политические убеждения были — неизвестно. Впоследствии когда в охране стали узнавать, кто в какую партию, то Сергеев стал агитировать за партию эсеров. А мне сразу понравился тов. Дункен, агитировавший за партию большевиков. На другой день мне уже дали партийный билет и когда пришел тов. Сергеев я с ним поспорил и тут увидел, что у него течение совершенно другое. В нашей дружине нам приходилось бить бандитов. Шпакера он ухлопал. Трех бандитов он ухлопал, он очень любил стрелять. Меня потом отослали в заводскую вооруженную охрану, а потом тов. Дункен переслал на вокзал сопровождать транспорт с хлебом. Сергеев так и остался в районной охране. Когда я был в охране на железной дороге и потом когда я попал через Тосно на Гатчину, попал на Дикую дивизию, то услыхал, что произошло убийство тов. Володарского. Интересно, что с того времени Сергеев сгинул. Исполнительный комитет поручил мне его разыскать, а он как сквозь землю провалился».

Сергеева упомянул и выступавший на собрании рабочий Синев:

«Что касается Сергеева, то он состоял в боевой дружине. Когда разнеслась весть, что Володарский убит эсерами, то многие говорили, что это дело рук монархистов, ибо казалось невозможным посеять такую вражду между самими рабочими — нежели рабочий может дойти до того, что бы убивать своего политического противника. На второй день собрался митинг. Председатель районного комитета от эсеров говорил, что они очень соболезнуют о тов. Володарском, клеймят позором убийцу. Через некоторое время было подтверждено, что убийца действительно эсер Сергеев, который стрелял с большого расстояния. Мне говорили эсеры, что он поступил не так, как было указано в задании. Мотор случайно остановился (ГОЛОС: шоферу было дано определенное задание). Сергееву было дано задание убить около «Большевика» Иоффе, Зиновьева — всего четверых. Но тут неожиданно представился случай и Сергеев убил Володарского. Когда за ним погнались, он бросил бомбу. За дымовой завесой он скрылся и с тех пор его никто не видел, с тех пор о нем ничего не слышно. По слухам, будто бы, его расстреляли в Москве, некоторые говорят, что он скрылся за границу. После говорили, что он воспользовался моментом и поэтому убил Володарского, а должен был убить 4-х возвращавшихся с митинга. Володарского, Зиновьева. Иоффе и еще 4-го товарища, фамилию которого не помню».

Данные свидетельства указывают на реально существовавшего рабочего Сергеева и его причастность к покушению. Инспирированность этих воспоминаний со стороны ОГПУ представляется маловерояной, так как в дальнейшем эти воспоминания не были использованы.

Оба события и приход генерала Николаева на Александровский завод и убийство В. Володарского рабочим этого завода Сергеевым произошли в один год, с промежутком в 2 месяца. Один погиб за советскую власть, второй убивал представителей советской власти. Выбор ими был сделан различный, что часто было в гражданской войне.

И.С. Ратьковский — кандидат исторических наук, доцент СПбГУ

Источник